Уворачиваясь от Пещерников, она прокладывала дорогу к одному из входов. Он смотрел ей вслед, как будто уже простился с ней. Он не мог поднять Тьювора, поскольку не мог удержать его правой рукой; двух пальцев было недостаточно.
Потом Баннор оттащил его от павшего Тьювора и втолкнул в защитное кольцо йомена. Кавинант сопротивлялся.
— Вы не можете его оставить!
Но Баннор молча проталкивал его среди воинов.
— Что ты делаешь? — протестовал Кавинант. — Нам надо взять его с собой. Если вы не пошлете его назад, его не заменят. — Он повернулся, чтобы обратиться к Лордам: — Вы не можете оставить его!
Губы Морэма сложились в скорбную линию.
— Мы должны.
Из отверстия выбранного ею тоннеля Лифе позвала:
— Сюда!
Захлестнув шнурок вокруг шеи одного из Пещерников, она использовала его в качестве защиты от нападения других.
— Дорога здесь!
Другие Пещерники устремились к ней, тесня ее в глубь тоннеля.
В ответ Тротхолл зажег свой старый Посох, взмахнул им и бросился на помощь Лифе. Вместе с Морэмом он прожег дорогу для отряда сквозь скопление Пещерников.
Яркий огонь Лордов наводил ужас на Пещерников. Но прежде, чем отряд добрался до тоннеля, выбранного Лифе, в пещеру рыча ворвался клин юр-вайлов из соседнего входа. Вел их могучий мастер учения, черный, как сами катакомбы, размахивавший металлическим палашом, казавшимся влажным от мощи или крови.
Тротхолл крикнул:
— Бежим!
Юр-вайлы устремились им наперерез.
Однако отряд оказался быстрее. Тротхолл и Морэм вбежали в тоннель и разделились, чтобы дать остальным пройти между ними.
Но один из воинов решил помочь своим товарищам бежать и внезапно отделился от йомена. Бешено вращая мечом, он бросился на клин юр-вайлов.
Морэм вскрикнул и бросился назад из тоннеля, чтобы помочь ему. Но мастер учения отшвырнул воина прочь одним ударом, и тот упал. Темная жидкость покрыла его с головы до ног; он вскрикнул, словно его погрузили в кислоту. Морэм едва избежал удара страшным палашом и отступил к Тротхоллу, внутрь тоннеля.
Там они попытались остановиться, противопоставив свой ослепительно голубой огонь юр-вайлам. Мастер учения набрасывался на них вновь и вновь; они отражали каждый удар своими посохами, брызги огненной жидкости, вспыхивавшие голубым светом, а потом быстро черневшие, рассыпались вокруг при каждом столкновении. Но клин сражался с яростью, которая шаг за шагом начал теснить Лордов в глубь тоннеля.
Кваан попытался вмешаться, отдав приказ свои лучшим лучникам выпустить стрелы в мастера учения. Но стрелы были бесполезны. Они загорались в черном могуществе юр-вайлов и превращались в пепел.
Позади отряда Лифе пыталась сосредоточиться, чтобы инстинкт подсказал ей путь к дневному свету. Она уже несколько раз звала Лордов последовать за ней. Но они не могли; нельзя было подставить спину клину юр-вайлов.
Каждый новый удар оттеснял их назад. Несмотря на все свое мужество и решительность, они сильно устали, а каждое новое нападение мастера учения ослабляло их еще больше. Теперь их огонь был не таким неистовым, а огненные брызги чернели быстрее. Было ясно, что долго им так не продержаться. И никто из отряда не мог помочь им.
Внезапно Морэм крикнул:
— Назад! Освободите проход!
Повелительность его тона не терпела возражений; даже Стражи Крови повиновались.
— Кавинант! — крикнул Морэм.
Кавинант вышел вперед, оказавшись всего лишь на расстоянии вытянутой руки от кипевшей битвы.
— Подними кольцо!
Вынужденный подчиняться силе приказа, Неверующий поднял левую руку. Кровавый отсвет все еще загрязнял сердцевину обручального кольца.
Мастер учения уставился на кольцо, словно внезапно учуял его запах. Узнав белое золото, он заколебался. Клин остановился, хотя мастер учения все еще оставался во главе.
— Меленкурион абафа! — скомандовал Морэм. — Взорви их!
Наполовину интуитивно Кавинант его понял. Он сунул прямо в рыло мастеру учения левый кулак, словно нанося удар.
Залаяв от непреодолимого страха, весь клин отпрянул назад.
В это мгновение Лорды начали действовать. С криком «Манас милл вхабалл!» они прочертили в воздухе своим огнем букву X, перегородившую тоннель снизу доверху.
Пламя словно повисло в воздухе; прежде, чем оно погасло, Тротхолл поместил свой посох вертикально внутри его. Тотчас пелена голубого огня вспыхнула в тоннеле.
Завывая от ярости при виде хитрости Морэма, юр-вайлы ринулись вперед. Мастер учения нанес по огню чудовищный удар своим палашом. Огненная стена пошла рябью и затрепетала, но не пропустила клин.
Тротхолл и Морэм лишь одно мгновение наблюдали за действием своей защиты. Потом они повернулись и бросились в глубь тоннеля.
Тяжело дыша, Морэм сказал, обращаясь к отряду.
— Мы закрыли тоннель. Но защита продержится недолго. Мы недостаточно сильны; понадобился Посох Высокого Лорда, чтобы поставить хоть какой-то заслон. А юр-вайлы полны ярости. Друл наполняет их безумием с помощью Камня Иллеарта.
Несмотря на всю поспешность, голос его слегка дрожал.
— Теперь нам надо бежать. Мы должны спастись, должны! Все наши труды пропадут даром, если мы не обеспечим безопасность как Посоха, так и Заповеди.
— Идем! — ответила Мейнфрол. — Я знаю траву и небо. Я смогу найти дорогу.
Тротхолл кивнул в знак согласия, но движения его были медленными несмотря на необходимость торопиться. Он ужасно устал, и истощение жизненных сил давно уже превысило все нормы. Тяжело опершись на Посох Закона, он произнес хриплым голосом, клокотавшим глубоко в груди:
— Идите! Бегите!
Двое Стражей Крови взяли его под руки, и он, спотыкаясь, с их помощью медленно побежал по тоннелю. Собравшись вокруг него, отряд побежал за Лифе.
Сначала их путь был довольно легким; при виде каждого из них Лифе, казалось, испытывала мгновенную уверенность, что давало величайшую надежду на дневной свет. Освещаемая сзади Посохом Морэма, она быстро шла вперед, словно чувствуя теплый свет свободы.
После изнурительной борьбы обычный бег казался людям величайшим облегчением. Он позволял им сконцентрировать и сохранить силы. Более того, они удалялись, словно медленно освобождались, из зоны распространения смеха Лорда Фаул. Вскоре они уже не слышали за спиной ни насмешек, ни угрозы нового кровопролития. Молчавшая темнота снова поддерживала их.
Они поспешно продвигались вперед почти лье, начав пересекать район катакомб, превращенный в лабиринт маленькими пещерами, коридорами и поворотами, но где, казалось, не было ни больших залов, ни склепов, ни мастерских вайтварренов. Однако Лифе без колебаний находила путь среди этих многочисленный коридоров. Несколько раз она выбирала дорогу, которая медленно выводила их вверх.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
